Финский клуб

Елена Дорофеева предлагает вашему вниманию историю переводов «Калевалы» на русский язык. 
 28 февраля отмечается в Финляндии как День Калевалы и финской культуры. Именно этим днем подписал Элиас Леннрот свое предисловие к  первому изданию «Калевалы», опубликованное в 1835 году. Как известно, в 1849 году вышла новая - расширенная и окончательная версия Калевалы, которая приобрела мировую известность как финский национальный эпос.

     «Калевала» выходила более 180 раз на финском языке, существует около 400  изданий на более чем 60 языках мира. На русском языке вышло более 40 изданий «Калевалы» в различных переводах и переложениях. Первые небольшие отрывки в русском переводе были даны Я. К. Гротом в журнале «Современник» (1840). Некоторые руны вышли в 1880 и 1885 годах в переводе С.В.Гельгрена. Прозаическое переложение почти полного текста «Калевалы» было сделано писателем и переводчиком Э.Гранстремом (1881), а позднее, в 1898 г., он стал автором и поэтического перевода. Этот перевод оказался на многие годы забытым исследователями и читателями, хотя он имел много достоинств. В 1974 г. он был случайно найден петрозаводским ученым, ставшим впоследствии автором нового поэтического перевода эпоса, А.Мишиным.

     Первый полный русский поэтический перевод был выполнен писателем, литературоведом и переводчиком Л.П.Бельским (1888) и был удостоен Пушкинской премии. Перевод, которому уже более ста лет, до сих пор считается классическим и продолжает переиздаваться.  Личность Леонида Петровича Бельского (1855-1916) уникальна. Он родился в Воронежской губернии, потом переехал в Москву, где закончил с медалью гимназию и поступил в Московский университет. Его учителем был выдающийся языковед и фольклорист Ф.И.Буслаев, который и вдохновил Бельского заняться переводом финского эпоса. В 1881 году Бельский становится магистром русской словесности, занимается преподаванием, литературным творчеством. Работа над переводом длилась пять лет и была настоящим подвигом, ведь Бельский учил финский язык в ходе работы, пользуясь финско-латинским словарем Г.Ренваля и иногда прибегая к помощи студентов-финнов, обучавшихся в Московском университете. Большим подспорьем, чем-то вроде подстрочника послужил для Бельского и прозаический перевод Гранстрема.

     В 1905 г. Бельский подготовил сокращенную версию «Калевалы» для детей, а в 1915 г., учтя замечания ученых и критиков, он переиздает основной текст с некоторыми примечаниями и исправлениями.

     В XX веке «Калевала» многократно издавалась – как в переводе Бельского, так и других авторов. Наиболее примечательны изложения в прозе для детей поэта Николая Асеева (1915), прекрасные переводы трех глав эпоса («Рождение кантеле», «Золотая Дева» и «Айно») С.Маршака  в 1950-е гг. Спорным, но все же достойным внимания, является прозаический пересказ «Калевалы» современного российского писателя Павла Крусанова (1997, 2005). Книга легко и интересно написана, обладает рядом художественных достоинств, но незнание автором оригинального текста (пересказ сделан на основе поэтического перевода Бельского) и карело-финского фольклорного материала в целом привело к ряду нелепых ошибок и недочетов (заметных, правда, лишь специалистам, но вряд ли широкому читателю).

     Новый поэтический перевод полного текста «Калевалы» был выполнен петрозаводскими исследователями и переводчиками Эйно Киуру и Армасом Мишиным (1998). Уважая опыт своих предшественников, в первую очередь Л.Бельского, они стремились сделать свой перевод более близким к оригиналу, особенно в отношении мифологических, фольклорных и этнографических мотивов. «Мы исходили из того, что в “Калевале” отразилось в основном крестьянское миросознание. Герои чаще воздействовали на противоположную сторону не мечом, а магическим словом. Леннрот брал в диалоги и монологи огромное количество заклинаний, а также лирических песен.» - писали авторы перевода в предисловии к новому изданию.

ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ:

Переводы Калевалы на языки мира: Kalevalan käännöksiä
Текст “Калевалы” на финском языке: www.kaapeli.fi
Карельский сайт о Калевале, на котором размещен полный текст эпоса на русском языке в переводе А.Мишина и Э.Киуру: http://www.kalevala.ru/

Елена Дорофеева

Одним из самых любимых финнами праздников является 28 февраля - День народного эпоса Калевалы. Праздник народного карело-финского эпоса и финской культуры.

Aivan vähän Lönnrotista ja Kalevalasta…

Polvin maasta ponnistihe,

Käsivarsin käännältihe.

Nousi kuuta katsomahan, 
päiveä ihoamahan, 
otavista oppimahan, 
tähtiä tähyämähän.

Se oli synty Väinämöisen, 
rotu rohkean runojan 
kapehesta kantajasta, 
Ilmattaresta emosta. 

”Synnyinseutu saa kunnian suurista pojistansa: puhutaan Pernajan, Nurmijärven, Askolan jne. pojasta. Mikään tällaisista nimityksistä ei ole niin vakiintunut ja kotoinen kansamme syvimpia kerroksia myöten kuin ”Sammatin poika”. Tämä ei johdu vain sitä, että Elias Lönnrot syntyi ja vietti elämänsä ensimmäinen ja pari viimeistä vuosikymmentä vakinaisesti Sammatissa, vaan myös siitä, että hän näyttää olevan synnyinseutunsa kanssa läheisemmässä suhteessa kuin ainokaan suurmiehistämme.

….Kalevalan nimestä on esipuhueessa pitkä puolustus. Kalevala pitävät useat Hiiden ja Lemmon toisitonta ja yhdistävät sen sellaisiin pelottaviin sanoihin kuin kalpa, kalma, kallo jne. Lönnrotin mielestä Kalevala on vanhin suomalainen ihminen, josta jotakin tiedämme, ehkäpä se, joka ensiksi asettui maahamme ja jonka suku tänne levisi. Saman ajatuksen Lönnrot esittää Mehiläisen ensimmäisessä numerossa ilmestyneessä kauniissä runossa Suomen synty, joka on sepitetty samoihin aikoihin kuin kansalliseepoksemme esipuhe………

Nimi ”Kalevala” esiintyy runostossamme perin harvoin ja voi sen vuoksi tuntua sopimattomalta. Itse asiassa se on oikein vaiston antama: kädenlyönti etäiselle veljeskansalle, jonka tarustossa Kalevalan pojalla, Kalevipoegilla, on keskeinen asema.

Kielenkäytössä ja oikeinkirjoituksessa on pyrkimys sama kuin Kanteleen vihkoissa: ne on vakiinnutettava pääasiassa sen murteen mukaisiksi, mikä useimmissa runoissa ilmenee, ottaen kuitenkin ehdottomasti huomioon sen, että mahdollisimman monet ymmärtävät tarkoituksen. Vain poikkeustapauksissa teoreettiset ja etymologiset näkökohdat pääsevät vaikuttamaan. Esimerkiksi pääasiassa Suomen-Karjalasta saaduissa Kanteleen runoissa julkaisija oli käyttänyt muotoja mehtä, kahtoo jne.ja pääasasiassa Venäjän-Karjalasta muistiin merkityssä Kalevalassa on tämän seudun kielenkäytön mukaan metsä, katsoo jne. (oik. me-tšä, ka-tšoo), mutta ei esim. sellaisia karjalaisia muotoja kuin koen, mussalla, matassa (pro: kosken, mustalla, matkassa), koska niitä Länsi-Suomessa tuskin olisi oikein ymmärretty. Tätä periaatetta noudattaen julkaisija joutuu myös sellaisiin muotoihin kuin vuoen joka ei kuulu oikeastaan mihinkään murteeseen, mutta on Länsi-Suomessa helpompi ymmärtää kuin runoihin koteutuneet muodot vuuen, vuuven, vuvven. Kolmannen periaatteen mukaan julkaisija kirjoittaa naia (naida) ja naija (se, joka nai), vaikka kansankielen mukaan ehkä kumpikin olisi merkittävä najja. Kysymys ei ollut kuitenkaan niin tärkeä, että siitä kannattaisi väitellä:”Lapselliseksi olen aina lukenut senlaisia kinaamisia”. Erityisen merkittävä on esipuheeseen sisältyvä esitys suomalaisesta runomitasta. Se ei tosin tarjoa tarkkoja sääntöjä, mutta osoittaa laajasta varastosta valituin havannollisin esimerkein, millaiset säkeet ovat hyviä, millaiset välttäviä tai kelvottomia….(Aarne Anttila. Elias Lönnrot. Elämä ja toiminta. (s.16, 175)

….В отношении «Калевалы» следует различать, с одной стороны, собственно народную (бесписьменную) рунопевческую традицию, уходящую своими корнями в очень глубокую и трудно проницаемую древность, а с другой – «Калевалу» как литературный памятник в виде составленной Лённротом книги, обстоятельства возникновения которой достаточно хорошо известны науке. То и другое, разумеется взаимосвязано, книга составлена на основании подлинных рун, записанных от сказителей. Но поскольку «Калевала» представляет не просто публикацию сказительных рун, а составленную под новым углом зрения единую сюжетную композицию (для чего потребовалась определенная «редакция» сказительских вариантов, определенная система «монтажа» лучших мест, унификация имен, сюжетной связки и т.д.), поскольку возникла новая эстетическая целостность с новым содержательным уровнем. И для понимания «Калевалы» как литературного памятника необходимо учитывать специфические установки составителя, его эстетические вкусы, его обусловленные временем представления об эпосе и о тех национально-культурных задачах, решению которых его книга должна была способствовать.

Следовательно, по отношению к «Калевале» существует не только чисто фольклорная проблематика, но и «проблема Лённрота» в связи с его эпохой. К этому следует добавить, что в качестве книжного памятника «Калевала» имеет и относительно самостоятельную литературную судьбу, и относительно самостоятельное место в истории культуры- финской, карельской, мировой.

Фигуру Элиаса Лённрота выдвинула определенная историческая эпоха с ее особыми задачами, вытекавшими из потребности развития финской нации и ее культуры. Вместе с тем духовный облик Лённрота формировался в контакте с современными ему общеевропейскими культурными течениями.

В историческом смысле Лённрот и «Калевала» не могли появиться ни раньше ни позже, чем они в действительности появились. В этой не раз высказывавшейся мысли есть своя правда. Лённротовская «Калевала» была бы невозможна, например, в XVII столетии, когда для появления такого литературного памятника в Финляндии не было ни общественно-политических, ни культурно-исторических предпосылок. А с другой стороны, если бы «Калевала» по каким-либо причинам была издана не в 1835 и в 1845 годах, а, скажем, на полвека позже, она и сама, видимо, была не такой, какой мы её знаем, и иным был бы вызванный ею общественно-культурный резонанс. Леннрот и его «Калевала» есть характерное явление периода усиленной национальной консолидации финского народа, тогда как в начале XX в. перед финским народом стояли уже другие исторические задачи и совершенно другим было финское общество.

«Калевала» возникла в результате огромной собирательской работы. Леннрот использовал записи предшественников и современников, но больше всего народных рун собрал он сам. В течение 1828-1845 гг. Лённрот одиннадцать раз отправлялся в путь и прошел в своих странствиях около двадцати тысяч километров – пешком, на лыжах, на лодке.

Не случайно после выхода «Калевалы» в Финляндии стали восторженно говорить, что с «Калевалой» появилась своя история.

Вот как об этом выразился Ю.Г. Линсен, тогда председатель Общества финской литературы – «Обладая этими эпическими песнями, Финляндия сможет с ободряющим самосознанием научиться понимать свое прошлое, равно как и свое духовное развитие в будущем. Она может сказать себе – у меня тоже есть история!»

….несколько позднее, в 1843 г., специально на эту тему счел необходимым выступить  
Топелиус - младший. Его большой доклад, прочитанный в университете, а затем опубликованный, называется: «Есть ли финского народа история?» Топелиус утверждает, что самобытно-автономное, национально-государственное развитие финского народа началось лишь с 1809 г., а все предшествующие эпохи были затянувшейся «предисторией», медленным приближением к осознанному национальному существованию.

Отчетливей всего встреча мифологии и «заинтересованного» исторического сознания выразилась в прологе и эпилоге «Калевалы», сочиненных составителем. В них подчеркивается мысль, что песни о героях извлечены из предания для того, чтобы они послужили новым поколениям, то есть вписались в историческое время. В заключительных стихах певец скромно просит о снисхождении к его таланту, но он хорошо сознает необходимость самой поэмы, как и важномть той исторической задачи, которой поэма должна послужить: 

Vaan kuitenkin kaikitenki

laun hiihin laulajoille, 
laun hiihin, latvan taitoin, 
oksat karsin, tien osoitin.

Siitäpä nyt tie menevi, 
ura uusi urkenevi 
laajemmille laulajolle, 
nuorisossa nousevassa, 
kansassa kasuavassa. 

Только все-таки, но все же 
я певцам лыжню оставил,

путь пробил, пригнул вершину, 
заломил вдоль тропок ветки.

Здесь теперь прошла дорога, 
новая стезя открылась, 
для певцов, что поспособней, 
рунопевцев, что получше, 
средь растущей молодежи, 
восходящего народа. 
 (Э.Г. Карху. История литературы Финляндии. От истоков до конца XIX века. ,  
Элиас Лённрот. КАЛЕВАЛА. Перевод Эйно Киуру, Армас Мишин.) 
…О великом ученом и замечательном человеке Элиасе Лённроте есть прекрасные книги –

Aarne Anttila. «Elias Lönnrot. Elämä ja toiminta»,

Э.Г. Карху Элиас Лённрот. Жизнь и творчество,

И дневники самого Э. Лённрота, которые так и называются- Путешествия Элиаса Лённрота. (путевые заметки, дневники, письма)

Ahma

Приглашаем на краскосрочный курс подготовки к экзамену на средний уровень.

Занятия проводит преподаватель-носитель.

Занятия по субботам  марта - 4 академических часа.

 Экзамен - 12 апреля.

   I. Издание произведений Й.Л. Рунеберга на шведском языке (здесь Елена Дорофеева предлагает выборочные издания разных лет):

     1. J.L. Runebergs Samlade skrifter. Bd. I-VI, Stockholm, 1873-1874.

     2. Runeberg J.L. Efterlämnade skrifter, Bd. I-III, Viborg, 1878-1879.

     3. J.L. Runebergs samlade arbeten, Normaluppl. Utgiv. av C.G. Estlander och Hj. Appelqvist. I-VIII, Helsingfors 1899-1902.

     4. Runeberg J.L. Samlade skrifter. Under redaktion av G. Castrén och M. Lamm. Bd. I-XI. Helsingfors-Stockholm, 1935-1956.

     5. Runeberg J.L. Skrifter i urval. Bd. I-IV, Helsingfors, 1960.

     6. Runeberg J.L. Samlade skrifter. Under redaktion av G. Castrén. Bd. I-XVIII, Helsingfors, (1973-1986).

     7. Runeberg J.L. Dikter. Atlantis, Stockholm, 1998. (“Svenska klassiker utgivna av svenska akademien”).

     8. Runeberg J.L. Elgskyttarne: nio sånger. Espoo: Artipictura, 2001.

     9. Runeberg J.L. Hanna: en dikt i tre sången. Espoo: Artipictura, 2003.

     10. Johan Ludvig Runeberg i urval. Svenska litteratursällskapet i Finland, 2004.

     11. Runeberg i psalmboken. Red. B. Sarelin. Åbo Akademis förlag, 2004.

 II. Переводы произведений Й.Л.Рунеберга на русский язык:

Рунеберг Й.Л. Мелкие стихотворения. Перев. со швед. В. Головина. СПб., 1862. 30
Рунеберг Й.Л. “Король Фьялар”, поэма в 5 песнях. Пер. Д. Садовникова. // “Огонек”, 1881, №№ 12-16.
Й.Л. Рунеберг “Сочельник в лоцманской избе”. Рассказ. // “Вестник иностранной литературы”, 1895, № 12, стр. 89-93.
Отдельные стихотворения Й.Л. Рунеберга в сборнике “Поэты Финляндии и Эстляндии”. В перев. Я. Грота, В. Головина, В. Авенариуса, Н. Нович, В. Бакулина, А. Ганзен. СПб., 1898, стр. 16-31.
Отдельные стихотворения Й.Л. Рунеберга, подробный прозаический пересказ и комментарий к поэмам “Охотники на лосей”, “Надежда”, перевод статьи Рунеберга “О природе финляндской, о нравах и образе жизни народов во внутренности края”. В переводе Я.К. Грота // Грот Я.К. Труды. Т.1. Из скандинавского и финского мира (1839-1881). Очерки и переводы. СПб, 1898.
Рунеберг Й.Л. 4 песни из “Рассказов Фенрика Столя” в перев. В. Головина. Под ред. Г. Фрасера. Гельсингфорс, Эдлунд, 1905. 30 стр.
Из “Рассказов прапорщика Столя”. Брат тучи. Перев. В. Лебедева. // “Вестник Европы”, 1905, № 6, стр. 558-566.
Отдельные стихотворения Й.Л. Рунеберга в “Сборнике финляндской литературы”. В перев. А. Блока, В. Брюсова, В. Бакулина, В. Авенариуса, В. Головина. Под ред. В. Брюсова и М. Горького. Петроград, “Парус”, 1917, стр. 91-99.
Рунеберг Й.Л. Избранное. Лирика (с параллельным шведским текстом). “Сказания фенрика Столя” (отдельные баллады). “Король Фьялар”. Критические статьи. Письма. / Перев. со швед. В. Дорофеева, Е. Дорофеевой. Сост., вступ. ст. и коммент. Е. Дорофеевой. — СПб.: “Коло”, 2004. 
 
 III. Критическая литература о творчестве Й.Л. Рунеберга (здесь приводятся наиболее примечательные работы разных лет):

   I. На финском языке:

     1. Hirn Y. Runebergin runoilijaolemus. Helsinki, Otava, 1942.

     2. Viljanen L. Runeberg ja hänen runoutensa I-II. II. Vangan puutarhurin kirjeistä  Kuningas Fjalariin. Porvoo, WSOY, 1948.

     3. Leino E. Pohjolan kirjailijoita, Helsinki, 1979.

     4. Wilenius R. Kolme näkijää ja tekijää: Lönnrot, Runeberg, Snellman ja suomen suunta. Jyväskylä-Helsinki, “Gummerus”, 1986.

     5. Laitinen K. Helsingin romantiikan kausi. Kansanrunoilija Runeberg // Laitinen K. Suomen kirjalliisuuden historia. Helsinki, 1991.

     6. Klinge Matti. Poliittinen Runeberg, Runebergin poliittiset yhteydet. WSOY, 2004.

     7. Oksala Teivas. J.L. Runebergin Kreikka ja Rooma. Suomalaisen Kirjalliisuuden Seura, 2004.
    

II. На русском языке:

Головин В.В. Й.Л. Рунеберг. Критико-биографический очерк. // С.-Петербургские Ведомости, 1875, №№ 276, 281, 302, 309, 316.
Грот Я.К. Знакомство с Рунебергом. // Грот Я.К. Труды. Т.1. Из скандинавского и финского мира (1839-1881). Очерки и переводы. СПб., 1898, стр. 1-29.
Бородкин М.М. О “Рассказах прапорщика Столя”. Гельсингфорс, 1901.
Гордлевский В. Дом Рунеберга в Борго. М., Типо-литография Т-ва И.Н. Кушнерев и К°, 1901.
Карху Э.Г. Ю.Л. Рунеберг. // История литературы  Финляндии (от истоков до к. XIX века). Л., “Наука”, 1979, стр. 178-212.
Дорофеева Е.А. Философско-эстетические искания крупнейшего щведоязычного поэта Финляндии Й.Л. Рунеберга. // Научные издания московского венгерского колледжа II/2. Актуальные вопросы финно-угроведения и преподавания финно-угорских языков. М., 2002, стр. 41-52.
Дорофеева Е.А. Поэма Й.Л.Рунеберга «Король Фьялар» и скандинавская романтическая традиция. // Скандинавские чтения 2004 года. СПб, 2006, стр. 300-309.

 …В конце 1830-х годов завязались дружеские отношения между Рунебергом и известным русским языковедом и историком литературы Яковом Карловичем Гротом (1812-1893). В 1839 г. произошла их первая встреча, сразу же после которой Грот написал статью “Знакомство с Рунебергом”. Впоследствии Грот перевел на русский язык ряд стихотворений Рунеберга, его очерк “Несколько слов о природе, народном характере и быте в волости Саариярви”, подготовил комментарий и прозаический пересказ поэм Рунеберга “Охотники на лосей”, “Надежда”, 3-й песни поэмы “Рождественский вечер”.

     Знакомство с Гротом способствовало пробуждению у Рунеберга интереса к русской литературе. Он читает поэзию Пушкина (в немецком переводе), переводит на шведский язык стихотворение Пушкина “Ворон к ворону летит”, а также балладу В.А. Жуковского “Три песни”, стихотворение К.П. Масальского “Залив” и одну старую малоросскую народную песню. Грот сообщил поэту некоторые исторические и этнографические сведения о России, и Рунеберг написал поэму на русский сюжет “Надежда” (“Nadešchda”, 1841).

     1840-е годы — время расцвета поэтического мастерства Рунеберга. К 1843 году он был отцом уже четверых сыновей. По своему характеру он был человеком спокойным и далеким от всякой суетности, но, в тоже время, наделенным чувством юмора и страстной натурой.

     В конце 1830-х — начале 40-х гг. соотнесение античного взгляда на мир с христианским мышлением и взглядами Нового времени становится одной из главных тем, волнующих Рунеберга. В этом отношении интересны “Легенды” (“Legender”, 1839-1843): “Святая Агнесса”, “И камни ответят “Аминь!”, “Крисантос” и др. А также самая совершенная поэма Рунеберга — по значительности предмета изображения и богатству поэтической формы — драматическая поэма “Король Фьялар” (Kung Fjalar, 1844).

     Произведением, принесшим Рунебергу общенациональную славу, стали “Рассказы фенрика Столя” (Fänrik Ståls sägner, I — 1848, II — 1860). Это тридцать пять историй о событиях русско-шведской войны, героями которых стали и шведский король, и известные полководцы (как шведские, так и русский Кульнев), и простые солдаты и матросы, и жены и девушки. Поэтическое мастерство Рунеберга проявилось здесь с исключительной силой. Он показал войну как момент общей жизни нации, а, точнее, обеих воюющих сторон, когда каждая личность вносит тот или иной вклад в происходящее. Рунеберг сумел высветить те неповторимые моменты, когда национальные различия и ненависть стираются перед истинностью, первозданностью чувств на грани человеческой жизни и смерти.

     Ветераны финской армии и их потомки в 1854 г. преподнесли Рунебергу  серебряную братину (кубок), деньги на которую собирались по всей Финляндии. Подарок был вручен поэту для сохранения в его роде “от отца к сыну, на долгие, долгие времена, и как знак искренней благодарности, которую питает финская армия к Йохану Людвигу Рунебергу”.

     Рунеберг был человеком удивительной скромности, поражавшей и соотечественников, и иностранцев. Когда поэт встречал проявление уважения к своему таланту, он становился настолько застенчив, что совершенно не знал, что сказать. Так было и в 1851 году в Швеции, куда Рунеберг впервые поехал, чтобы встретиться с известными шведскими поэтами. А когда ему предложили почетное и доходное место в Стокгольме, он ответил отказом, сказав, что “Финляндия — бедная мать, которой нужны все ее сыновья.” 

     В эти годы Рунеберг принимается за последний свой значительный поэтический труд, который ему было суждено завершить. Это была работа по переложению псалмов. Как в Швеции, так и в Финляндии в 1800-х гг. возникла потребность обновления старых шведских псалмов, известных под названием Валлинской книги псалмов. В Финляндии в 1853 г. был создан специальный комитет, в который вошли философы и литераторы, в том числе Рунеберг.  За труды по переложению псалмов император Александр II возвел его в доктора богословия”.

     В 1857 году Рунеберг оставил свою лекторскую деятельность, чтобы целиком посвятить себя литературным трудам. Последними произведениями поэта были пьеса “Не могу” (“Kan ej”, 1862), с подзаголовком “семейная картина в двух актах”, и трагедия “Короли на Саламине” (“Kungarne pе Salamis”, 1863).

     В 1863 году случилось несчастье, ставшее началом драматического периода в жизни Рунеберга. На охоте, где он был вместе со своим младшим сыном Фредриком, его поразил паралич. Начались тринадцать с половиной лет испытаний. Рунеберг был практически прикован к постели и уже никогда не смог больше писать. Любящая жена ни на один день не оставила поэта. В самые трудные годы единственной отрадой Рунеберга было чтение Фредрики вслух. Дети были уже взрослыми, учились и работали, но семья всегда собиралась вместе на Рождество и во время студенческих каникул.

     6 мая 1877 года Йохан Людвиг Рунеберг умер. На его похороны приехали представители от всех четырех сословий страны: дворянства, духовенства, горожан и крестьян; а также всех ученых обществ, сената, университета Финляндии. Шествие за гробом растянулось больше, чем на версту. В Борго (г. Порвоо) были в тот день закрыты все магазины и школы, а на кораблях приспущены флаги.

     Через год после смерти жены поэта, Фредрики Рунеберг (умерла в 1879 году), Александр II, по просьбе финляндского сената, объявил дом, в котором Рунеберг прожил 25 последних лет своей жизни, национальной собственностью и музеем. Дом-музей поэта и сегодня привлекает в Борго многих поклонников его таланта.

Полный текст очерка Елены Дорофеевой о Й.Л. Рунеберге с  фотографиями из его дома-музея можно прочитать здесь: http://norse.ru/culture/suomi/runeberg.html 

P.S. Если вам доведется побывать в финском горoде Порвоо, обязательно посетите старинное кафе в старой части города. Там вы сможете отведать знаменитые пирожные Рунеберга и насладиться кофейным ароматом и приятной атмосферой.

…В 1822 году Йохан Людвиг поехал поступать в столичный университет в Або (н. город Турку). Удивительно, но в один и тот же год студентами этого университета стали трое юношей, которым было суждено сыграть выдающуюся роль в развитии культуры Финляндии. Это были будущий фольклорист и создатель национального эпоса “Калевала” Элиас Лённрот (1802-1884), будущий философ и публицист Йохан Вильгельм Снельман (1806-1881) и будущий великий поэт Йохан Людвиг Рунеберг.

     Рунеберг начинает серьезно заниматься классическими языками: латынью и греческим, и делает большие успехи. Но через год условия жизни из-за отсутствия денег становятся невыносимыми, а жить в долг Людвигу не позволяло чувство собственного достоинства. Однако сам поэт никогда не сетовал на нужду и всегда воспринимал трудные времена как неизбежное, к чему относился даже с долей иронии. Рунеберг был вынужден прервать обучение и принять полученное им предложение, занять должность домашнего учителя в сельской местности Саариярви, в губернии Хяме. Это решение оказалось очень важным для его дальнейшего жизненного и творческого пути.

     Рунеберг впервые оказался в глубинной Финляндии, где все было иным, по сравнению с прибрежной частью страны, где он вырос. Дикая, еще не покоренная природа, поражающая своей гордой красотой и величием; население, состоявшее в основном из финского крестьянства, и жившее более примитивной, неустроенной жизнью, но объединенное чувством патриархального коллективизма, добросердечностью и мужественным терпением, позволявшим переносить голод и лишения. Позднее, в 1832 году, был опубликован очерк Рунеберга “Несколько слов о природе, народном характере и быте в Саариярви”, в котором он сопоставлял прибрежную и внутреннюю Финляндию, в подробностях останавливаясь на особенностях народной жизни.

     Два года, прожитые в Саариярви (1823-1825), имели огромное значение для Рунеберга. Он был домашним учителем в двух семьях. Здесь Рунеберг узнал те подробности русско-шведской войны, истории об известных и неизвестных героях и анекдоты, которые, соединившись с его собственными детскими воспоминаниями, составили основу “Сказаний фенрика Столя”. Он познакомился со старым унтер-офицером Пеландером, который во многом стал прототипом фенрика Столя, узнал жизнь финских крестьян, ставших главными героями его первой эпической поэмы “Охотники на лосей”, а также впервые почувствовал вкус к охоте и рыболовству, страсть к которым сохранил на всю жизнь.

     В начале 1826 года Рунеберг вернулся в университет. Его познания в греческом языке и литературе были исключительными: еще за год до экзаменов он сдал всего Гомера, Фукидида и Софокла, а затем сам написал шуточную поэму греческим гекзаметром. Рунеберг получает степень магистра.

     В последние годы учебы Рунеберга в университете сформировались его духовные, интеллектуальные, литературные, эстетические взгляды. Большое влияние на становление мировоззрения поэта оказало общение в кругу семейства архиепископа Якоба Тенгстрёма. В его доме часто собирались талантливые молодые люди, товарищи Рунеберга по университету. В этом обществе обсуждалось все новое в современной литературе, пелись песни, читались стихи, свои и чужие. Там Йохан Людвиг познакомился со своей будущей женой - Фредрикой Тенгстрём.

      Осенью 1827 года в Або разразился страшный пожар, от которого пострадала бóльшая часть города, в том числе университетские здания. Эти события повлияли и на жизнь Рунеберга. Вследствие пожара столица и единственный в стране университет с 1828 года переместились в Гельсингфорс. Осенью того же года Рунеберг получает место доцента классической филологии в Императорском Александровском университете (так он стал теперь официально называться). Здесь, в столице Финляндии, он проведет последующие семь лет своей жизни. 

В 30-е годы Рунеберг очень напряженно работает. Он преподает в университете и в частном лицее, пишет две диссертации на латыни на тему греческой трагедии, работает редактором газеты “Гельсингфорс Моргонблад” (“Helsingfors Morgonblad”). А кроме того, занимается литературным трудом, который становится его главной жизненной целью.

     В 1830 году вышел первый лирический сборник поэта “Стихотворения” (“Dikter, I”), в который вошли отобранные автором произведения разных лет. Хотя финская и шведская критика встретила книгу довольно сдержанно, известный финляндский поэт Ф.М. Францен провозгласил, что “в Финляндии рождается большой поэт”.

     Через год Йохан Людвиг женится на Фредрике Тенгстрём (Fredrika Tengström, 1807-1879), которая станет его верной женой, другом и помощником до самой смерти. Долгую жизнь, в радости и в горе, было суждено им прожить вместе. Восемь детей было в этой большой семье, двое их них (первая дочь и один из сыновей) умерли в раннем возрасте. Фредрика была прекрасно образованной и к тому же поэтически одаренной женщиной, ее перу принадлежат несколько романов (в том числе один из первых исторических романов в финляндской литературе на шведском языке), а также стихотворения, автобиография и книга воспоминаний о Рунеберге. Она всегда была для поэта первым и главным слушателем, и ее мнение он ценил превыше всего.

      1830-е годы были очень плодотворными для Рунеберга в творческом плане. “Могила в Перхо” (“Grafven i Perho”, 1831), первое эпическое произведение поэта, была удостоена в том же году малой золотой медалью Шведской академии.

     В 1832 году была опубликована первая большая эпическая поэма “Охотники на лосей” (“Elgskyttare”). По собственному признанию поэта, он начал писать поэму в 1826 году, “с теплой памятью пустынных одиноких окрестностях, о простых, грубо отесанных, но чутких и сердечных людях”, среди которых он прожил два года в Саариярви. В 1833 году выходит второй лирический сборник Рунеберга “Стихотворения” (“Dikter, II”), а в 1836 году — поэма “Ханна” (“Hanna”), представляющая собой идиллическую историю о первой любви.

     Несмотря на то, что Рунеберг много и напряженно работал, материально семья жила очень трудно. И, когда в 1837 году поэт получил предложение стать ректором и преподавателем лицея в городе Борго, он, вероятно, после долгих раздумий, согласился. Рунеберг оставил столичную жизнь, преподавание в единственном в стране университете и работу в газете — и переехал с семьей в маленький провинциальный городок Борго, где прожил сорок лет, до самой смерти.

     Почему он сделал это? Причина могла быть одна — главным для него становится литературное творчество. К тому же в Борго он получил возможность жить с семьей в собственном доме, вдали от столичной суеты, заниматься преподаванием в лицее, а все остальное время отдавать литературе. Здесь будут созданы самые сильные произведения поэта.

     В конце 1830-х гг. Рунеберг обретает силу и духовную зрелость, вместо чувства пессимизма и разочарования в его душе появляется уверенность в лежащей в основе мира гармонии, которая примиряет разносторонние интересы и противоречия. Этот мотив стал одним из основных во втором сборнике “Стихотворений”. Поэт видел мир светлым. Идея Бога лежит в основе гармонии мира. „Я, конечно, знаю, что тысячи индивидуальных интересов ежечасно рушатся во имя высшего, но именно это высшее делает все соразмерным, прекрасным и упорядоченным,“ — писал Рунеберг. Этот идеал мировой гармонии был, вероятно, неким его духовным стержнем, опорой до конца дней.

Продолжение следует…

  Елена Дорофеева: Й.Л.Рунеберг. Краткий биографический очерк.   

Йохан Людвиг Рунеберг (Johan Ludvig Runeberg, 1804-1877) — великий поэт, человек сильной воли и незаурядной, трагической судьбы. Последний из европейских романтиков, кого можно поставить в один ряд с Шелли, Гюго, Ламартином, Петефи и Лермонтовым, он жил в Финляндии, писал на шведском языке и, в то же время, являлся российским подданным.

     Рунеберг, чье имя сейчас практически не известно в России, при жизни был весьма уважаемым человеком: император Николай I пожаловал ему титул профессора и пожизненное денежное пособие, а Александр II наградил орденом св. Анны, 2-й степени, и возвел в чин доктора богословия. Рунеберг был почетным членом Российской Академии Наук (избран в 1876 г.)

     Современники называли Рунеберга “первым национальным поэтом”. Его творчество, по сути, ставшее началом современной финляндской литературы, вошло в историю скандинавской и, шире, европейской романтической литературы. По сегодняшний день слова национального гимна Финляндии — это слова баллады Рунеберга “Наш край” (“Vårt land”, 1847), открывающей знаменитый цикл “Сказания фенрика Столя”. А день рождения поэта — 5 февраля — является национальным праздником —  Днем Рунеберга, когда в школах, как говорят финны, проходит урок “настоящей литературы”, а в семьях Финляндии пекут рунебергские пирожные.

     Рунеберг — один из самый печатаемых в мире финляндских авторов 19 века. Только на языке оригинала существует более двадцати изданий собраний его сочинений, из них два прижизненных. Творческое наследие автора велико: это три сборника стихотворений, эпические и драматические поэмы, баллады и легенды, псалмы, небольшие рассказы, а также переводы, литературно-критические и философские статьи и эссе. В них соединились романтическое мировоззрение, глубокий интерес и знание античности, классицистическая поэтическая традиция и христианские идеалы.

     Поэзия Рунеберга переведена более чем на десять европейских и скандинавских языков. На русском языке были изданы две небольшие книжки: “Мелкие стихотворения” (СПб, 1862) и “4 песни из “Сказаний фенрика Столя” (Гельсингфорс,1905), обе в переводе В. Головина. Количество других переводов, которые также относятся к концу XIX - началу XX вв., очень невелико, они разрозненно печатались в периодических изданиях того времени и заметно устарели.

     Почти столетие спустя, к 200-летию со дня рождения поэта, вышла книга “Й.Л.Рунеберг. Избранное” (СПб, 2004), в переводе В.Дорофеева и Е.Дорофеевой. В книгу вошли драматическая поэма “Король Фьялар”, отдельные баллады из “Сказаний фенрика Столя”, наиболее известные лирические стихотворения, а также философско-эстетические трактаты, письма, воспоминания современников. 

     Йохан Людвиг Рунеберг родился 5 февраля 1804 года в маленьком портовом городе Якобcтад, на берегу Ботнического залива. Его родители были по своему происхождению финляндскими шведами, и семья жила в шведоязычной области страны — Эстерботнии.

     Родители Рунеберга - моряк Лоренц Ульрик Рунеберг и молодая девушка из Якобстата Анна Мария Мальм поженились в 1803 г. Через год родился их первый сын — Йохан Людвиг. Всего в семье было шестеро детей. Вследствие перенесенной в раннем возрасте болезни, Людвиг поздно начал говорить — только в три-четыре года. Но чувственная природа и склонность к поэзии проявились в нем рано. Самые ранние из его детских воспоминаний связаны с русско-шведской войной 1808-1809 гг., когда военные действия проходили недалеко от Якобстата. Известно, что четырехлетний Рунеберг сидел на коленях у Кульнева  —  героя российской армии, известного и уважаемого тогда в Финляндии. Его образ поэт впоследствии воспроизвел с искренней симпатией и почтением в одноименной балладе из “Сказаний фенрика Столя”.

     Школьное обучение началось очень скромно: в маленькой комнатке на чердаке старая учительница преподавала ему катехизис и библейскую историю, а также уроки чтения вслух, о чем поэт вспоминал потом с благодарностью. В восемь лет мальчика отправили в школу в город Улеаборг, где жил его дядя, таможенный управляющий, который решил помочь большой семье своего брата, взяв на себя заботы о школьном образовании Людвига. Но только два учебных года (с 1812 по 1814 гг.) суждено было Рунебергу проучиться там. Неожиданная смерть дяди заставила его вернуться домой.

     После полугодовой домашней подготовки Людвиг отправился в школу в городе Васа.Уже в школьные годы тогда Людвиг начал писать стихи: сначала ради развлечения, но вскоре это занятие необычайно увлекло его. Из современных поэтов образцом для Рунеберга был Кореус, у которого он учился александрийскому стиху. Из школьной программы Людвиг более всего увлекся Вергилием, по которому учил латынь и гекзаметр.

Продолжение следует…

Полный текст очерка о Й.Л. Рунеберге с  фотографиями из его дома-музея можно прочитать здесь: http://norse.ru/culture/suomi/runeberg.html 

Сегодня, 3 февраля,  в Финляндии отмечают день рождения выдающегося, известного на весь мир, архитектора и дизайнера Алвара Аалто (1898 - 1976).
Он является самым ярким представителем скандинавского функционализма, для которого характерны максимальное удобство, эстетичность и функциональность зданий. 
Среди его работ - «офис газеты Турун Саномат в Турку, здания заводов в Котке, Сумме и Оулу, частные виллы в Финляндии, Италии, во Франции, Эстонии, студенческое общежитие Массачусетского института в Бостоне, университеты и учебные центры в Эспоо, Кайаани, Отаниеми; здания церквей в Финляндии, Италии и Германии, художественный музей в Дании, бизнес-центры в Финляндии и в Германии, здание оперного театра в Германии, офисы фирм в Швеции, культурные центры в Дании и Исландии, библиотеки в Финляндии, США и Выборге», читаем  в интереснейших материалах об Алваре Аалто на сайте finnish.ru 

Много интересных материалов можно  найти и на финских сайтах, можно познакомиться  с  жизнью и творчеством академика в главном музее Алвара Аалто, который  находится на ул. Алвара Аалто, дом 7,  в городе Ювяскюля, куда их семья переехала в 1903 году и где Алвар закончил Лицей Ювяскюля.
Но самое приятное – увидеть его творения своими глазами. Прошлым летом нам  довелось побывать в известном своими танго-фестивалями финском городе Seinäjoki, где весь церковный, административный и культурный центр спроектирован академиком Алваром Аалто. Этот «Аалто-центр» и является сердцем города. Он включает  в себя не только здание церкви «Лакеуден Ристи» на 1200 сидячих мест с часовней и великолепной белой, напоминающей форму креста, колокольней высотой 65,1 м, но и здания мэрии, приходского центра города, библиотеки и  городского театра. Великолепный ансамбль! Потрясающе лаконичная простота оставляет незабываемые впечатления.

Прошлым же летом мы побывали еще в одном небольшом городке Alajärvi примерно в 100 км от Seinäjoki. Судьба тесно связала не только детские и юношеские годы Алвара Аалто и с этим городом. Недалеко от него в местечке Kuortane он родился. Отец Аалто купил в этом городе дом вскоре после гражданской войны, и Алвар был здесь прописан  около 7 лет, с октября 1918 года до сентября 1925 года. Именно в этом городе можно увидеть и  здание Дома молодежи - первый для молодого студента архитектурный проект общественного здания 1919 года (построено в 1920 году), местной больницы (1924), вилла Вяйнела (1926)  и  последний проект  архитектурного бюро Аалто - здание  городской библиотеки (спроектировано в 1966 г., постороено лишь в 1991 году).
 А начиная с 1926 года Алвар и Айно проводили лето на даче, построенной по проекту Айно на берегу озера в местечке Pynttäri, недалеко от Алаярви - Вилле Флора. После смерти Айно в 1949 году архитектор больше не жил в этих местах. Но с 60-х по 90-е годы по его проекту 1966 года в Алаярви были построены здания  административного центра, куда входили и приходской дом, и  здание мэрии, и поликлиника, и городская   библиотека Алаярви – последний архитектурный проект Мастера.
На кладбище Алаярви стоит памятник героям  - жителям Алаярви, погибшим в 1939-1945 годах. Он тоже сделан по проекту Алвара Аалто в 1946 году  вместо того, который был поставлен здесь ранее по его же проекту – памятника жертвам гражданской войны.

Вот несколько фотокадров центра города Алаярви, что нам посчастливилось запечатлеть прошлым летом:

Знакомьтесь: Елена Дорофеева, 1974 г.р., закончила филологический факультет МГУ в 1998 г., замужем, трое детей. Занималась литературоведческой и переводческой деятельностью. Сейчас работает научным консультантом интернет-магазина «Скандинавская книга», в котором мы с большим удовольствием приобретаем учебные пособия и художественную литературу на финском, шведском, норвежском языках.

Елена рассказывает о себе: “Я много лет занимаюсь скандинавской, прежде всего финляндской литературой. Очень люблю Финляндию, училась там на летних курсах в Ювяскюля и один семестр в университете в Хельсинки по программе обмена студентов.
Меня давно заинтересовали финские писатели, писавшие на шведском языке: их творчество, самоощущение, образ жизни. Поэтому вторым языком после финского я выбрала шведский.
Начиная с третьего курса, занимаюсь творчеством Й.Л. Рунеберга. В 2004 г., в год 200-летия со дня рождения поэта, нам удалось получить грант на издание книги его избранных работ: Й.Л.Рунеберг. Избранное. СПб, „Коло“, 2004. Над этой книгой мы работали вместе с моим мужем – писателем и журналистом Владиславом Дорофеевым, который сделал поэтические переводы по моим подстрочникам. В книгу вошли избранная лирика с параллельным шведским текстом, отдельные баллады из «Сказаний фенрика Столя», поэма «Король Фьялар», критические статьи и письма Рунеберга, воспоминания современников поэта.
 После этого я готовила небольшой спецкурс по истории шведоязычной литературы Финляндии для студентов МГУ. Сейчас работаю над главой по истории литературы Финляндии 19 века для нового учебника по зарубежной литературе.
А также, вот уже два года, работаю в интернет-магазине «Скандинавская книга».

Terveisin,
Med vänliga hälsningar,
Elena D.

Советуем почитать работы Елены о творчестве Рунеберга:

 Дорофеева Е.А. Философско-эстетические искания крупнейшего шведоязычного поэта Финляндии Й.Л. Рунеберга. // Научные издания московского венгерского колледжа II/2. Актуальные вопросы финно-угроведения и преподавания финно-угорских языков. М., 2002, стр. 41-52.
Дорофеева Е.А. Поэма Й.Л.Рунеберга «Король Фьялар» и скандинавская романтическая традиция. // Скандинавские чтения 2004 года. СПб, 2006, стр. 300-309.

Heipä hei! Terveisiä täältä Länsi-Suomen opistolta!
Kävin jo lukemassa bloginne sivut ja kas vaan siellä se omenapiirakan resepti oli.

 5.2 vietämme kansallisrunoilijamme Johan Ludvig Runebergin päivää ja meillä on silloin tapana syödä Runebergin torttuja, joita hänen vaimonsa aina hänelle tuona päivänä valmisti.

Runebergin tortut

300 g voita
n. 1 dl sokeria
1 dl fariinisokeria
3 munaa
0,75 g mantelirouhetta
4,5 dl vehnäjauhoja
1,5 dl keksinmuruja
1 tl leivinjauhetta
1 rkl kaardemummaa

Vaahdota voi ja sokeri, lisää munat yksitellen.
Yhistä kuivat aineet ja sekoita taikinaan. Laita taikina lusikalla paperisiin leivosvuokiin ja paista n+ 200 astetta n. 15 min
päälle vadelmahilloa ja vedestä ja pölysokerista tehty rengas.

Hyvää ruokahalua!

Terveisin Kati