продолжение - http://www.finnishclub.ru/2007/07/23/o-proishozhdenii-finskogo-suomi-yazyika/
Что касается мест к югу от 600 сев.широты, то здесь между Чудским озером и восточной частью Финского залива, сформировалось племя Vatja или по русски – Водь, несколько эстонских племен и племя Liivi, по-русски Ливы (по побережьям Рижского залива).
§4. К концу I тысячелетия н.э. произошли новые важные перемены.
В это время восточные славяне, передвигаясь из бассейна Днепра, укрепились у озера Ильменя и Псковского. Оказался проторен «путь из варяг в греки». На севере, в Новгороде, создавался узел связей между культурой восточных славян, сблизившихся с культурой Византии, и западными культурами. Создание Русского государства особенно подняло значение Новгорода, после Киева – важнейшего русского города. В прибалтийско-финские языки устремились восточно-славянские словарные заимствования. Характерно, что первые христианские термины во всех прибалтийско-финских языках восточно-славянского происхождения.
Новая ситуация была связана с новым подъемом торговли, а новый подъем торговли – с освоением прибалтийскими финнами новых северных территорий. Родо-племенной быт в среде прибалтийских финнов в это время доживал последние века, разлагался. Старые племенные деления по традиции еще сохраняли некоторую силу. Однако на новых местах уже не образовывались новые племена. В некоторых местах возникли смешанные группы населения. Из этих смешанных групп населения важно отметить Волховскую Чудь, собравшуюся по нижнему течению Волхова. В ней преобладали элементы Веси, однако было много выходцев и из других прибалтийско-финских племен, и все они были в постоянном соприкосновении с восточнославянскими и скандинавскими элементами.
Из западнофинляндских племен особенно сильно расселялась Ямь. Выходцы из Ями спускались по реке Кокемяенйоки к Ботническому заливу и с реки Кокемяенйоки развили энергичную деятельность в северном направлении. Особенную известность получила деятельность так называемых квенов, или Kainuu (каян), которые в конце I тысячелетия н.э. стали хозяйничать у северной части Ботнического залива.
Корела расселялась тоже весьма энергично. В ее распоряжении оказался весьма удобный внутренний водный путь. Перебравшись из Ладожского озера через небольшой волок в озеро Пюхяярви, можно было по озерам, озерным протокам и рекам доехать до большого озера Пиелисъярви, откуда можно было ехать, с одной стороны, к северной части Ботнического залива, а с другой - к Белому морю. Если путем к Белому морю корела стала пользоваться поздно, то путем к северной части Ботнического залива она стала пользоваться очень рано. Довольно скоро она сумела вытеснить из земель около северной части Ботнического залива своих предшественников – квенов. В западном направлении деятельность Корелы простиралась до реки Кюменйоки. Одна группа Корелы переселилась к устью Невы и там «автономизировалась». Эта группа стала известна под названием Inkeri, по русски – Ижора .
Весь имела наибольшие возможности расселения. Очень рано ее колонии появились в северном направлении, у низовьев рек Олонки и Видлицы, в северо-восточном направлении, по обе стороны Онежского озера, и в восточном направлении – у Белого озера. Белоозерская группа Веси рано «автономизировалась». Деятельность Веси простиралась и дальше – в так называемое Заволочье. В Заволочье Весь проникала, во-первых, от Белого озера через оз. Кубенское и р. Сухону и, во-вторых, от Онежского озера через реки Водлу и Онегу. С течением времени дальние поездки Веси стали реже, но тем усиленнее пошло заселение Весью Олонецкого перешейка (перешейка между Ладожским и Онежскими озерами). Одна ветвь Веси, укрепив старые колонии на реках Олонке и Видлице, продвинулась в глубь Олонецкого перешейка на р. Шую. Так была заложена веская основа ливвиков (современных приладожских карел). Другая ветвь Веси продвинулась по северному притоку Свири – Важинке на нижнее течение р. Шуи, а оттуда на север почти до северной оконечности Онежского озера. Так была заложена веская основа людиков (современных прионежских карел)
Весь вошла в состав Русского государства с самого начала.
§5. В середине XII в. сложилось резкое противостояние двух сильных северных государств – России и Швеции. Россия к этому времени успела приобрести сильнейшее влияние на всех заселенных прибалтийскими финнами территориях. Тем ожесточеннее оказалась шведская агрессия, имевшая поначалу форму крестовых походов. Уже в середине XII в. Швеция покорила территорию Суми и непосредственно севернее находившиеся территории. Ямь, хотя длительное время не подчинялась Швеции, однако рано оказалась в фарватере шведской военной политики. Корела, борясь против шведского наступления, вошла в союз с Россией, а затем и в состав Русского государства. В эпоху монголо-татарского нашествия, когда Россия оказалась ослаблена, Швеция особенно усилила нажим на «Восточные страны». Попытки Швеции пробиться на Неву оказались неудачны; особенно большую роль сыграло поражение шведской армии, нанесенное Александром Невским не Неве. Все же Швеция сумела завладеть территорией Ями и западной частью территории Корелы, где был построен замок Выборг.
Отношения между Россией и Швецией получили некоторую устойчивость в 1323 г., когда был заключен Ореховецкий мир. Граница начиналась на р. Сестре, шла к реке Вуокси, а там круто поворачивала на северо-запад, к северной части Ботнического залива. В границах Швеции оказались Сумь, Ямь и две группы Корелы: Корела, успевшая поселиться в местах, где шведы построили Выборг, и Корела, успевшая поселиться у оз. Саймы. Остальные группы Корелы, как и вся Весь оказались в границах России.
Граница 1323 г. сыграла громадную историческую роль: по русскую сторону границы на этнической основе Корелы и Веси стали формироваться три народности:
Карельская народность. В ее состав вошла основная часть Корелы, а также ливвики и людики. Та часть карельского народа, которая продолжает Корелу, называется собственно карелами. Они расселялись кроме старых мест обитания еще в северной и средней Карелии; сюда они направились в связи с давлением со стороны Швеции. Ливвики и людики примкнули к карельскому народу не без связи с тем, что в их среде рано (даже до Ореховецкого мира) стали появляться выходцы из Корелы.
Ижорская народность. Она составилась из тех групп Веси, которые не были втянуты в процесс формирования карельской народности. Такие группы Веси остались на старой территории Веси, особенно по р. Ояти, да еще у онежского озера к северу от истока Свири (в Шелтозерском районе).
По шведскую сторону границы на этнической основе Суми, Ями и двух групп Корелы –привыборгской и присайминской (последняя стала называться Savo) – стал формироваться финский-суоми народ. Свое название этот народ получил по Суми, которая играла роль передового племени. На ее территории находился главный город тогдашней Финляндии – Турку (Або).
Хотя различия между разными этническими элементами , вошедшими в состав
финского-суоми народа, давали себя знать очень долго, однако в XVII в. сложение финского-суоми народа можно считать в основном законченным.
В XVI в. в среде финнов-суоми возникло явление, которое особенно содействовало объединению разнородных этнических элементов:литературный финский язык. Первым финским-суоми автором был Микаэль Агрикола, переведший на финский-суоми язык многие церковные тексты и создавший некоторые оригинальные произведения на этом языке.
§6. В самом начале XVII в. Россию потряс громадный социально-политический кризис, называемый Смутным временем. Враги Росси пытались использовать ситуацию. Стремилась ее использовать и Швеция. Но, не удовлетворяясь захватом северной Приботнии, совершенном незадолго до Смутного времени, она захватила также всю остальную старую территорию Корелы, а также Ингерманландию (так назывались земли по Неве и у прилегающих побережий Финского залива), совершенно отрезав Россию от Балтийского моря. Эти захваты были оформлены Столбовским миром в 1617 г.
Собственно – карелы не остались на захваченной Швецией территории. В течение ближайших десятилетий они покинули родные места, переселившись на принадлежавшие России земли.
Часть их усилила собственно –карельское население в северной и средней Карелии. Но большинство их ушло в тверские и соседние края, положив начало так называемым калининским (тверским) собственно-карелам.
На покинутые собственно-карелами землях и в Ингерманландии шведские власти расселяли финнов-суоми, преимущественно из числа тех, которые продолжали привыборгскую и присайминскую Корелу (эти группы Корелы, как мы знаем, вошли в состав финского народа). Так появились, между прочим, так называемые приленинградские финны-суоми, ингерманландцы. Ижора сосредоточилась у южного побережья Финского залива, западнее современного Ораниенбаума.
Меньше чем через сто лет Петр I начал генеральное наступление на Швецию. Швеция стала терять одну территорию за другой.
Эти новые события уже не вызывали каких-либо массовых передвижений населения. Финны-суоми были менее тесно связаны со Швецией, чем карелы с Россией. К тому же Россия не развивала по отношению к народам, населявшим ее территорию, того морального гнета, какой развивала по отношению к своим народам Швеция. Финны-суоми оставались на местах, где расселялись.
Тем временем литературный финский-суоми язык делал успехи. Оставаясь в основном языком лютеранской церкви в среде финского-суоми населения, он все-таки понемногу выходил за церковные рамки и постепенно совершенствовался. В XVIII в. появились даже первые грамматики финского-суоми языка, написанные на латинском языке, и первый словарь финского-суоми языка- финско-латинский. В конце XVIII в под влиянием идей французской просветительной литературы и французской революции среди финнов-суоми стали появляться люди, мечтавшие о расцвете литературного финского языка.
§7. В 1809 г. Финляндия целиком перешла от Швеции к России, получив широкую автономию.
Отпали политические основания для гегемонии шведской культуры и, в частности, литературного шведского языка в Финляндии. Возникло энергичное движение за использование литературного финского-суоми языка во всех областях культурной и общественной жизни. Начались и большие научные работы по финскому-суоми языку.
В этой области особенно выделяются два человека: М.А. Кастрен, лингвист с мировым именем, и Э. Лённрот, фольклорист с мировым именем и лингвист.
Это движение, однако, не сразу дало яркий эффект. Интересно, что такой ревнитель литературного финского-суоми языка, как М.А.Кастрен, в своих научных произведениях, чтобы иметь достаточно широкий круг культурных читателей, принужден был пользоваться шведским языком.
Громадное значение в истории литературного финского-суоми языка имела публикация Э. Лённротом рун «Калевалы», собранных в различных местностях, где когда-то расселялась Корела, в среде финнов-суоми, ижоры и особенно карел (большинство записей было сделано в северной Карелии). Язык рун «Калевалы» внес в литературный финский-суоми язык свежую струю и чрезвычайно содействовал преодолению первоначальной западно-финляндской его ориентированности. То же можно сказать и о громадном финско-шведском словаре Э.Лённрота, где были учтены словарные богатства всех заселенных финнами-суоми мест.
Широко использоваться литературный финский-суоми язык начал во второй половине XIX века. К концу XIX века появились крупные финские-суоми писатели и поэты. Грамматические и орфографические нормы литературного финского-суоми оказались вполне выработаны.
В настоящее время литературный финский-суоми язык принят также в Карело-Финской ССР (в настоящее время Республика Карелия), где он употребляется наряду с литературным русским языком.
Terveisin
Ahma
Свежие комментарии